Территория Московского княжества
Вопрос:
Территория Московского княжества
Ответ:
Московское княжество начинает выделяться из владимиро-суздальского в XIII веке. Город Москва, вокруг которого сгруппировалось это княжество, до XIII в. не играл заметной роли в русской жизни. Основателем дома московских князей был младший сын Александра Невского, Даниил. Ему принадлежит расширение московского удела: разбив рязанского князя Константина Романовича, он взял его в плен и захватил город Коломну (1301 г.), которая с этого времени, по-видимому, навсегда остается за Москвой. Сверх того Даниилу удалось получить Переславль-Залесский, по духовному завещанию племянника, больного и бездетного Ивана Дмитриевича (1302). В 1303 г. Даниил умер, не сделав, кажется, никакого распоряжения на случай своей смерти. Старший из пяти его сыновей, Юрий, или Георгий, захватил в свои руки всю власть отца. Братья сначала находились в его безусловном повиновении; с ними Юрий ходил на Смоленскую землю и взял Можайск.
Позже один из них, Иван Калита, овладел Переяславлем и утвердился в нем, а Александр и Борис отъехали из Москвы в Тверь, так что при Юрии неизменно оставался один только из братьев, Афанасий. По мнению В. И. Сергеевича, нет основания думать, что московский удел был разделен между Юрием и Афанасием: Юрий Данилович был один князем Москвы, коломенским и можайским («Юридические Древности», I, 51). Юрию наследовал Иван Калита. Большинство историков (Карамзин, Соловьев, Иловайский) смотрят на Калиту как на первого «собирателя Руси» и видят в нем большой государственный ум. Иного мнения держится В. И. Сергеевич: Иван Калита, по его словам, «сделал некоторые приобретения к Московскому уделу; это весьма возможно, но то же делали и оба его предшественника, а потому нет повода называть его первым собирателем». Он был решительным проводником «взгляда на княжение, как на частную собственность князя, со всеми его противогосударственными последствиями, а не основателем государственного могущества Москвы» («Юридические Древности»;, см. т. I, стр. 52).
По мнению Д. И. Иловайского, московская земля при Иване Калите «заключала в себе все течение р. Москвы, с городами Можайском, Звенигородом, Москвой и Коломной; далее на юго-запад она простиралась от Коломны вверх по Оке, с городками Каширою и Серпуховом, а на северо-запад владения Москвы охватывали часть Поволжья, заключая в себе волжские города Углич и Кострому. Они перешли далеко и на сев. сторону Волги; Калита купил у обедневших местных князей не только Углич, но также Галич Мерский и Белозерск» («История России», т. II, стр. 24). В. И. Сергеевич сильно подвергает сомнению земельные приобретения, приписываемые Ивану Калите, на том основании, что в его завещании нет Галича, Белоозера и Углича; нет их и в завещаниях его сыновей, и впервые городами этими распоряжается только Дмитрий Донской («Юридические Древности», т. I, стр. 53 — 55). Не упоминается в завещании и Переяславль-Залесский, который с этого времени входит в состав владимиро-суздальского княжества («Юридические Древности» I, 58 — 59). Преемник Калиты на великом княжении, старший сын его Симеон (1341—1353), не нарушал завещания Калиты, и братья его владели каждый своим уделом. Свой удел, вместе с прикупленными селами в Переяславле, Юрьеве, Владимире, Костроме и Дмитрове, Симеон завещал жене своей, Марье Александровне, урожденной княжне тверской; но брат его Иван II, сделавшись великим князем, присоединил этот удел к своим владениям еще при жизни княгини Марьи.
Сам Иван проводил частноправовой взгляд на княжение, как и его отец и старший брат. В завещании своем он удел брата Симеона предоставил старшему своему сыну Дмитрию, а младшему, Ивану, — свой собственный удел, полученный от Калиты. За племянником, сыном Андрея Ивановича, Владимиром, был утвержден удел его отца. Во время малолетства Дмитрия, управление государством находилось в руках бояр, естественных сторонников объединительной политики, потому что чем меньше было князей, тем больше было для бояр кормлений. Уже в 1362 г. Дмитрий согнал с престола Дмитрия Суздальского и стал властвовать над князьями ростовскими и суздальскими. По смерти его младшего брата Ивана удел последнего был присоединен к Москве. В своем духовном завещании великий князь отказывает старшему своему сыну Василию все великое княжение, а из московского удела дает ему Коломну и половину своей доли в Москве.
Другие владения он разделяет между четырьмя своими сыновьями; жене дает также удел. На случай смерти Василия бездетным делается распоряжение, чтобы его удел (великое княжение) перешел неделимым к следующему брату. В этом распоряжении В. И. Сергеевич видит «мысль о принципиальной неделимости великого княжения» и считает Димитрия Ивановича, хотя и действующим еще под сильным влиянием противогосударственных начал своего отца, дяди и деда, но уже и значительно отступающим от них («Юридические Древности», I, 65). Василий I продолжал увеличивать московские владения. Будучи в Орде, он купил ярлык на княжество нижегородское, бывшее во владении двоюродного деда Василия, Бориса Константиновича. Кроме Нижнего, по тому же ярлыку Василий приобрел Городец, Муром, Мещеру, Тарусу и, таким образом, овладел всем суздальским княжением. Василия I пережил один только сын его; это обстоятельство много способствовало упрочению государственной территории. Василий Дмитриевич отказал Василию Васильевичу все свои владения, выделив, по обычаю, часть жене своей в пожизненное владение. Нового великого князя, в его борьбе с дядей Юрием и сыновьями последнего, опять поддерживали бояре. При их помощи Василий II присоединил к Москве Серпуховский удел; при их же помощи он вышел и победителем из борьбы несмотря на то, что попадался в плен и был ослеплен.
Умирая, Василий II разделил свои владения между сыновьями. Старшему, Ивану, он дал великое княжение владимирское, которое было неразрывно связано теперь с Москвой; в Москве он дает ему только свою наследственную треть. Другим сыновьям, Юрию, Андрею Большому, Борису и Андрею Меньшому, великий князь также дает уделы, но Иван получил гораздо больше, чем все братья вместе, и у него были все средства держать их в своих руках. Иван III любил увеличивать свои владения мирным путем. Он присоединил к своим владениям верейский удел, переданный ему князем, и удел скончавшегося в 1472 г. брата своего Юрия; Андрей Меньшой отдал Ивану свой удел, кроме одной волости под Москвой, предназначенной для Андрея Старшего. Племянник великого князя, Иван Борисович, завещал ему свою вотчину помимо своего родственника Федора; так же поступил и рязанский князь Федор Васильевич, отказавший Ивану свою вотчину на Рязани, в городе и на посаде, старую Рязань и Перевитеск с волостями.
Силой Иван III присоединил к Москве только Новгород и Тверь. Хотя великий князь высказывался против уделов и убеждал литовского князя не дробить государства, но сам он, уступая московской традиции, разделил свои владения, причем старшему сыну Василию дал великое княжение, с 66 городами, а другим своим четырем сыновьям — только 30 городов. Право чеканить монету получил великий князь. В завещании Ивана III был окончательно решен вопрос о выморочных уделах: уделы могли переходить только к сыновьям владельца; если же сыновей не было, то удел присоединялся к великому княжению. Владелец мог пожизненно наделить жену свою, но по смерти ее надел этот поступал во владение великого князя. Василий III был последним князем Московского княжества. Ему удалось без войн присоединить к Москве Псков, Рязань и северские княжества и, таким образом, закончить процесс группировки русских областей в руках Москвы.
Удельная система этим не была уничтожена. Как обычай, она продолжала существовать и не была отменена каким-нибудь законодательным актом, а вымерла постепенно, уступив место идее государственного единства, которая давно уже сказывалась в том, что старший брат получал обыкновенно удел, во много раз превосходивший уделы остальных братьев вместе. Умирая, Василий III разделил свои владения между сыновьями Иваном и Юрием. Хотел выделить значительный удел сыну своему Федору и Ивану IV.
Прим.: Термин «Московская Русь» вводится в упротребление в 19 веке. С начала 20 в. активно используется в исторической литературе.
|